Георгий и Виктор Дзотцоевы

30.04.2020

                               

«Бессмертный полк в семейных летописях»:
Георгий и Виктор Дзотцоевы

Георгий и Виктор Дзотцоевы

Р

   Великая Отечественная война…Немыслимо тяжелые четыре года войны, нереально прекрасная долгожданная Победа…
   Уходят последние, кто сражался на ее кровавых полях, те, кто действительно знал, какой она была.  Больше четверти века чудовищная пропаганда пытается внушить нам, что мы не народ, что между фашистской Германией и нашей страной практически нет никакой разницы, что наши солдаты шли в бой только из страха перед заградотрядами.
   Внушают нам, у которых воевали отцы, нам, у которых живы матери, пережившие эту войну. В нашей семье воевали все – отец, Георгий Хадзиомарович Дзотцоев, его младший брат Виктор, четыре двоюродных брата, мужья их сестер, и  почти в  каждом сохранившемся письме – «не беспокойтесь, бьем фашистскую сволочь, победа будет за нами!». Также, как они оставили нам свои письма, мы должны оставить для своих детей память о них, правду о них, потому что – никто не забыт, и ничто не забыто!

Р

ГЕОРГИЙ

    Мой отец, студент четвертого курса математического факультет Северо-Осетинского пединститута Георгий Дзотцоев, ушел добровольцем на фронт в марте 1942 года. Как рассказывал моему брату  ровесник отца Домбай Такоев, вся молодежь, еще не призванная на фронт, участвовала в строительстве оборонительных сооружений под Орджоникидзе. Возвращались на полуторке в Дигору, усталые, замерзшие, но веселые. Отец сидел молча, потом решительно сказал – « все, пора на фронт!». И на следующий день они пошли в военкомат записываться.
    В это время под Краснодаром (в Армавире) формировалась 197-ая стрелковая дивизия второго формирования, в составе которой был 261-ый артиллерийский полк. (За боевые заслуги во время участия в Сталинградской битве 27.2.1943 года дивизия была преобразована в 59-ю гвардейскую, по новой нумерации 261 полк стал 127). Как студента-математика, отца сразу зачислили в топовзвод разведки артиллерийского полка. Взвод должен был заниматься топографической привязкой своих батарей на местности, а также засечкой вражеских целей с определением их координат. Такая работа требовала достаточно высоких математических знаний.
    Как сказал философ Александр Зиновьев, сам воевавший, эту войну выиграли советские школьные учителя и советские десятиклассники, уровень образования которых был очень высок. Эти вчерашние школьники тысячами приходили на фронт, легко осваивая  ратный труд, смело командуя взводами ротами, танками, самолетами, артиллерией.
    Вот и отец сразу был назначен заместителем командира взвода, и после боевого крещения, которое дивизия получила на Дону – исполняющим обязанности командира топовзвода, и затем – бессменным комсоргом своего полка. Может быть, самым удивительным было то, что отец практически всю войну сражался в одном и том же артиллерийском полку одной и той же дивизии.
    …В июле 1942 года дивизия стояла на Дону, в станице Вешенская, родине Михаила Александровича Шолохова, штаб дивизии находился в школе, всего в нескольких домах от дома Шолохова. И когда Михаил Алек-сандрович уезжал на фронт, попросил командира дивизии полковника М.И. Запорожченко присмотреть за его мамой. Однако буквально через несколько дней, 8 июля, она погибла под бомбежкой – больше десятка немецких мессершмитов бомбили штаб 197-ой дивизии и мост. Уже на следующий день дивизия отца была передана на Сталинградское направление. Отец рассказывал, что был в Вешенской и видел Шолохова, но без подробностей.
    197-ая (59-ая) гвардейская стрелковая дивизия в разное время входила в состав войск 63-й армии (с ноября 1942 она же - 1-я гвардейская, с декабря 1942  - 3-я гвардейская) Юго-Западного, затем 3-го Украинского, и 4-го Украинского фронта. Участвовала в Сталинградской битве, Ворошиловоградской, Донбасской, Запорожской, Никопольско-Криворожской, Одесской, Ясско-Кишинёвской наступательных операциях, в освобождении Румынии и Болгарии, в Дебреценской, Будапештской и Венской наступательных операциях.
    59-ая дивизия за боевые заслуги удостоена почётного наименования «Краматорская» (сентябрь 1943), награждена орденами Красного Знамени (за взятие г. Запорожье), Суворова 2-й степени, Богдана Хмельницкого 2-й степени; свыше 4 тысяч её воинов награждены орденами и медалями, 19 присвоено звание Героя Советского Союза. Мой отец получил свои награды именно за взятие городов Краматорск и Запорожье – это медаль «За боевые заслуги» и орден Отечественной войны II степени. К награде он был представлен командиром полка гвардии майором Павленко и командующим артиллерией 59-ой дивизии гвардии полковником Нехаевым. Дивизией командовали: полковник, с октября 1942 генерал-майор М.И. Запорожченко (1942 – 1943), полковник, с марта 1943 генерал-майор Г. П. Карамышев (1943 – 45).
    О войне отец рассказывал очень редко. Мы знали, что самым важным, самым дорогим для него были его боевые товарищи, самой тяжелой битвой – Сталинградская.
Командующим 1-ой гвардейской армией (с 5 декабря 1942 г. переименована в 3-ю Гвардейскую армию), в которую входила дивизия отца во время Сталинградской битвы (операции «Уран») и освобождении Украины, был генерал Дмитрий Данилович Лелюшенко, который оставил замечательные воспоминания об этом великом сражении, где много теплого сказано и о 197-ой дивизии. Дивизия занимала рубеж протяженностью более 80 км от станицы Мигулинской по северному и южному берегу Дона.  Перед ней располагались 2-я итальянская пехотная дивизия «Сфорцеско», пехотная группа «Диаманти» 8-й итальянской армии, а на левом фланге — 7-я пехотная дивизия румын. Во втором эшелоне у неприятеля находилась 62-я немецкая пехотная дивизия.
Здесь жил, сюда возил семью.Мне этот черноморский город Отец рассказывал, что до начала битвы положение было очень тяжелое. Фашисты бомбили почти круглосуточно. Бои были ожесточенными, контратаки врагов шли с нечеловеческим упорством.
    Приведу небольшой отрывок из воспоминаний командующего 1-ой гвардейской армией  Д.Д. Лелюшенко:«На заседании Политбюро ЦК партии и Ставки был рассмотрен и утвержден  окончательный план контрнаступления под Сталинградом, получивший условное наименование «Уран». Мне сообщили, что я назначен командующим 1-й гвардейской армией. Это было воспринято мною как большое доверие партии и правительства».
    На совещании, проходившем в кабинете И.В. Сталина, докладывал заместитель Верховного Главнокомандующего Г. К. Жуков. Присутствовали К.Е. Ворошилов, А.И. Микоян, начальник Генерального штаба генерал-полковник А.М. Василевский, командующий Западным фронтом генерал-полковник И.С. Конев и др. Из доклада следовало, что весьма важную роль в операции по окружению сталинградской группировки противника предстояло сыграть Юго-Западному фронту. Он был сформирован 25 октября 1942 г. и располагал всем необходимым для выполнения этой ответственной задачи. Это особенно обрадовало меня, так как 1-я гвардейская армия входила в его состав. Направления главных ударов были избраны таким образом, что приходились по войскам сателлитов Германии, боеспособность которых была невысокой, с последующим выходом на фланги и в тыл основной гитлеровской группировке — 6-й армии Паулюса. В этом еще раз проявилось высокое оперативно-стратегическое искусство советского командования.

Р

ОПЕРАЦИЯ «УРАН»

    В 8 час. 50 мин. 19 ноября после артиллерийской подготовки, продолжавшейся 1 час 20 мин., 1-я гвардейская армия перешла в наступление левым флангом вместе с 5-й танковой армией в направлении хуторов Бахмуткина, Горбатовского, станицы Боковской. Армии, как уже указывалось, предстояло выполнять весьма ответственную задачу: прорвать неприятельскую оборону, повернуть фронт наступления на запад, разгромить здесь противника, захватить выгодный рубеж и не допустить его удара во фланг и тыл главной группировке Юго-Западного фронта, замыкающей кольцо окружения армии Паулюса. Для этого следовало произвести частичную перегруппировку войск, организовать короткую, но мощную артиллерийскую подготовку и 22 ноября вновь начать наступление, чтобы уничтожить части 9, 11 и 7-й пехотных дивизий румын и к исходу 22 ноября выйти на линию хутор Ягодный, хутор Вислогубов и станица Боковская, а к концу 24 ноября овладеть рубежом станица Базковская, р. Черная, р. Чир. Выполняя боевой приказ, 197-я стрелковая дивизия Запорожченко в результате упорного боя овладела Нижне-Калининским, высотой 188,0. 
   23 ноября 1942 года войска Юго-Западного фронта, перейдя Дон, соединились со Сталинградским фронтом, тем самым было завершено окружение 22 вражеских дивизий (в числе их 3 танковые, 3 моторизованные, 14 пехотных, кавалерийская, румынская пехотная дивизия) и 160 отдельных частей различных родов войск — в общей сложности 330 тыс. человек. Кроме того, за 3 дня контрнаступления наши войска разгромили главные силы 3-й румынской армии в районе ст-цы Распопинской (остатки 4 румынских дивизий были взяты в плен) и нанесли крупное поражение 4-й румынской армии.
В результате упорных боев с 19 ноября по 16 декабря 1942 г. войска 1-й гвардейской (а с 5 декабря 3-й гвардейской) армии поставленную задачу выполнили. Они прорвали заранее подготовленную оборону противника, оборудованную окопами, траншеями, ходами сообщения, противотанковыми и противопехотными препятствиями на глубину до 20 км, продвинулись до 55 км на запад, захватили важные рубежи и удержали их до перехода в новое наступление, надежно обеспечив правый фланг ударной группировки Юго-Западного фронта.
    В начале декабря сражения под Сталинградом приняли особенно ожесточенный характер. Противник стремился извне пробиться к окруженной армии Паулюса, которая тоже вела упорные бои против войск, окруживших ее. Советское командование принимало решительные меры для быстрейшего уничтожения врага, попавшего в «котел», силами Донского и Сталинградского фронтов. Одновременно войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов вели напряженные бои по отражению ударов вражеских войск, стремившихся на внешнем фронте окружения деблокировать 6-ю армию.
   19 декабря 1-й гвардейский механизированный корпус  во взаимодействии с 197-й стрелковой дивизией М.И. Запорожченко полностью разгромил в районе Кружилина 7-ю пехотную дивизию румын. В итоге этот важный в тактическом отношении населенный пункт перешел в наши руки, было уничтожено до 2 тыс. солдат и офицеров врага, захвачено большое количество пленных, свыше 30 орудий, много минометов, пулеметов и боеприпасов, 2 вражеских боевых знамени.
   30 декабря войска 3-й гвардейской армии перешли в наступление.
   3 января 1943 г., преодолевая упорное сопротивление противника, мы нанесли ему серьезное поражение. Только 197-я стрелковая дивизия уничтожила свыше 2 тыс. гитлеровцев, захватила 30 орудий и минометов, штаб 575-го вражеского полка и его знамя.
   Уже 17 января соединения 3-й гвардейской армии форсировали Сев. Донец и на другом участке — западнее Усть-Белокалитвенской перерезали железную дорогу в районе Репная — Васильевская.
   Продолжая стремительное наступление, войска 3-й гвардейской армии успешно перехватили железнодорожную магистраль Воронеж-Ростов. 1 февраля завязали бои за освобождение г. Краснодона и других населенных пунктов Ворошиловградской области Украинской ССР, почти в 400 км от Сталинграда, где еще продолжалась битва.
   2 февраля историческая Сталинградская эпопея закончилась. 330-тысячная вражеская армия была полностью ликвидирована, а ее остатки — 91 тыс. солдат, офицеров и генералов во главе с командующим генерал-фельдмаршалом Паулюсом — взяты в плен. Захвачены большие трофеи: 5762 орудия, 1312 минометов, 12701 пулемет, 1666 танков, 744 самолета, 167 709 винтовок и автоматов, 261 бронемашина, 80 438 автомашин и много другого военного имущества».
   Это рассказ всего о 47 днях жизни моего отца, о которых он сам почти ничего не рассказывал. Хорошо, что у его генерала нашлась возможность написать о них! Потому что именно благодаря этим дням весь мир узнал слово «Сталинград» и назвал этим именем площади самых красивых городов, именно с этих дней началась долгая дорога к Великой Победе.
   До апреля 1944 года комсорг 127-го гвардейского краснознаменного артполка Георгий Дзотцоев  принимал участие в освобождении городов Ворошиловград, Краматорск, Запорожье. Его дивизия в феврале 1944 года форсировала Днепр, сражалась на Никопольском плацдарме, участвовала в Криворожской операции. В марте 1944 года дивизия в составе 6-ой армии 3-го Украинского фронта участвовала в освобождении Николаевской области.
   Отец рассказывал, что в апреле 1944 года полк стоял на левом, низком берегу реки Южный Буг. Немцы были на правом, высоком берегу реки, и обстреливали наших в упор. Невозможно было поднять головы. В это время из штаба дивизии пришел вестовой с пакетом – отца вызывали в штаб дивизии для отправки на учебу в Горьковское артиллерийское зенитное училище. Он собрался, и до ночи прятался под обстрелом  где-то в траншее, потом вернулся к командиру полка и сказал – товарищ командир, я не смог найти штаб дивизии, разрешите остаться в полку? Командир вскипел – ты под трибунал меня хочешь, комсорг, или как?! Катись, чтобы я тебя больше не видел!

   Мы спрашиваем отца – а зачем ты так сделал? И он сказал – я так привык к своим товарищам, что не хотел с ними расставаться. Понимаете? Их расстреливали в упор, а он не хотел в тыл – потому, что  товарищи дороже жизни.
   С 15 апреля 1944 года по февраль 1945 года Георгий – курсант Горьковского артиллерийского зенитного училища, успешно заканчивает его, получив звание лейтенанта. Говорил, что самым страшным было сдать зачет по беговым лыжам, остальное легко. Затем был направлен в резерв, и в апреле 1945 года получил назначение на фронт. Поезд поздним вечером подошел к границе Польши и Германии, состав перевели на запасный путь, и все улеглись спать. Ночью началась страшная канонада, зазвенели стекла, кто-то крикнул – «немцы!», и все стали высыпаться из вагонов. Стало светло, как днем. Это была победа.Стреляли все из всего, что было возможно! Кричали: «Победа!» Какая это была ночь! А утром – в свои части. Отец служил в Германии и Польше еще до 1947 года – инструктором по делам молодежи, помощником начальника политотдела, инструктором по общеобразовательной подготовке, и даже начальником офицерского клуба. 
   В 1947 году он демобилизовался, вернулся домой, в Осетию. Закончил свой математический факультет и всю жизнь проработал в своей родной Дигоре – учителем математики, директором средних школ №1 и №2, директором школы-интерната, заведующим Районо.
   В том же 1947 году женился на нашей маме – Изе Игнатьевне Сабановой, воспитал четверых детей. Умер 13 мая 1910 года, в 91 год, встретив свой последний День победы. К нему пришли многие поздравить его с праздни-ком, он со всеми спокойно общался. Когда мой дядя спросил его – ты как, Георгий? – улыбнулся и легко сказал – «Фаццаун!» - «Отплываю!». А на четвертый день его не стало.
   Мы не прощаемся, отец. Мы – вместе….

Р

ВИКТОР

    В марте 1942 года, когда  старший брат Георгий уходил на фронт, Виктору не было еще 18 лет, его не призывали. Он плакал от злости, провожая брата, и кричал – возьмите меня, он тихий, его сразу убьют! Но жизнь сложилась совсем по-другому. Сразу после дня рождения он ушел воевать. Остались его письма, его автобиография, написанная им перед смертью, с капельками крови на пожелтевшем листе. Младший в большой семье, общий любимец, необыкновенно красивый и храбрый – Виктор оставался абсолютно живым для всех своих старших сестер и брата до самой их смерти, через десятки лет после его смерти.
    Если даже мы, так никогда и не увидевшие его, не можем пережить его потерю, как страна выдержала потерю миллионов таких же мальчиков, как он? И сознаем ли мы, что мы тогда потеряли?!
    Благодаря его письмам, которые бережно сохранила его старшая сестра Ольга, мы многое знаем о нем. В этих письмах нет ни одного слова о боях, в которых он принимал участие, многое мы смогли узнать по документам, которые стали доступны благодаря общедоступному электронному банку документов «Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» Министерства обороны РФ.
    Он был призван Дигорским райвоенкоматом в последние дни июля или 1 августа 1942 года, потому что уже 3 августа они прибывают в лагеря под Моздоком. В эти тяжелые дни немецкая группа армий «А» под командованием фельдмаршала Листа, в состав которой входит первая в мире танковая армия Клейста, до этого практически одна победившая Францию, стремительно захватывает Северный Кавказ.  3 августа немцы взяли Ворошиловск, двинулись на Кропоткин, Армавир, наступают на Майкоп. Наши ожесточенно сопротивляются, однако силы пока за немцами, поэтому 8 августа новобранцы пешком выходят из Моздока и четыре дня идут вначале до Беслана, а затем до Назрани, где садятся на поезд и пять дней и ночей на крышах вагонов добираются до Махачкалы.
    Здесь, под Махачкалой, на базе 24-ой армии идет формирование 58-ой армии Закавказского фронта, в составе которой формируется и 337-ая стрелковая дивизия, в которой Виктор назначается командиром 120 миллиметрового миномета.
    Идет короткая подготовка, а уже 29 сентября 337-ая дивизия прибывает в район Моздока, на участок Малгобек – станица Вознесенская, где идут тяжелые бои. Только Малгобек с конца сентября до конца декабря 14 раз переходил из рук в руки, в боях за Малгобек погибло 120 тысяч наших воинов. Когда мы говорим «ожесточенно сопротивляются» это вовсе не означает, что на нас героически нападают, а мы пытаемся хоть как-то отбиться. Это означает, что за каждый маленький поселок отдают жизнь десятки тысяч (страшно сказать!) наших солдат, у каждого из которых есть мать, для которой он единственный, жена, дети, братья и сестры.
    Враг отчаянно пытается пробить дорогу к грозненской нефти. К октябрю 1942 года становится понятно, что Красная Армия профессионально не уступает фашистам, воюет уверенно, а немцам не хватает сил на Сталинград и Кавказ одновременно.
    Уже здесь, под Моздоком, Виктор – командир расчета минометчиков, представлен к первой награде, которая так и не найдет его. В сентябре 1943 года он пишет сестре: «Если узнаете точно, чем награжден Георгий, то сообщи мне. Ведь награду получить на фронте очень трудно. Человека наградят, а потом, если он попадет в другую часть или в тыл, то уж очень трудно ее получить. Так в прошлом году получилось с моей наградой».
    Он пишет домой часто, ждет писем от домашних, еще не зная, что 1 ноября 1942 года фашисты заняли его родную Дигору. Узнав об этом, тогда же, в ноябре, вступает  кандидатом в члены ВКП(б).
    25 декабря 1942 года начинается первое великое отступление немцев, и начинается оно от Терека!
    Виктор получает назначение на учебу в Тбилисское военно-политическое училище. В марте 1943 года заканчивает училище, получает звание лейтенанта, и уже в мае 1943 года назначается  помощником командира по политической части стрелковой роты 2-ой гвардейской стрелковой дивизии (будущей Таманской), как раз под Тамань.
    В июне 1943 года, после упразднения института заместителей командиров рот по политической части был направлен на учебу в Сорочинское зенитно-пулеметное училище Красной Армии. Учится всего четыре месяца, по письмам чувствуется, что жизнь в тылу уже раздражает его, он рвется на фронт. И, наконец, 20 октября 1943 года он получает назначение во вновь формирующуюся 67-ую гвардейскую зенитно-артиллерийскую дивизию.  Именно здесь Виктор находит настоящих друзей, любимого командира, который подпишет его первые наградные листы, и погибнет у Виктора на руках. Именно с этой дивизией Виктор будет участвовать в главном сражении своей жизни – взятии Клайпеды и Кенигсберга. Дивизия формируется в Москве и под Москвой, девятнадцатилетний лейтенант Виктор Дзотцоев – командир зенитно-пулеметного взвода, шутливо пишет в письме домой (орфография из его письма): «Целыми днями учим солдат. Qабар зин косунай нури солдати хаддза!. Очень трудно работать с теперешними солдатами!».
    В это время Виктор окончательно решает остаться кадровым военным, вот что он пишет своей племяннице, студентке медицинского института Тамаре Нигколовой: «Тамара, это хорошо, что ты поступила в мед. институт, но мне вряд ли придется там учиться. Я на всю жизнь останусь в армии, т.к. офицер должен отдавать всю жизнь Родине».
    Он каждый день ждет отправки на фронт. Москва, которая вначале поразила его первыми салютами победы, концертами, театрами, теперь кажется ему не такой милой, как его родной Орджоникидзе. И вот в июле 1944 года 67-ая гвардейская дивизия в составе 1-го Прибалтийского фронта начинает боевые действия в Прибалтике.
    Здесь Виктор получил первые свои награды за бои под Клайпедой и взятие Клайпеды (г. Мемель), это медаль «За боевые заслуги» и орден «Красной Звезды».
    Дальше начиналась, пожалуй, самая кровопролитная битва в этой войне – взятие Восточной Пруссии и ее цитадели – Кенигсберга.
    6 апреля три советские армии (11-я гвардейская, 43-я и 50-я) начали штурм города и крепости. 39-я армия, в составе которой сражалась 67-ая зенитно-артиллерийская дивизия Гусейнова, наносила вспомогательный удар западнее Кёнигсберга в южном направлении, чтобы отсечь город от войск на Земландском полуострове. Наступая на 8-километровом участке фронта, войска армии по замыслу командующего войсками 3-го Белорусского фронта маршала Советского Союза А.М. Василевского должны были уже к исходу первого дня наступления выйти к заливу Фришес Хафф в районе Наутцвинкеля и устья реки Прегель и тем самым перерезать коридор Кёнигсберг-Пиллау.
    Но сопротивление немцев было столь ожесточённым, что войска 39-й армии 6 апреля продвинулись только на четыре километра, перерезав железную дорогу Кёнигсберг-Пиллау. Шоссе пока оставалось в руках гитлеровцев. Понимая опасность прорыва советских войск к заливу, немцы пытались во что бы то ни стало удержать в своих руках коридор, связывающий Кёнигсберг с Земландским полуостровом, и задержать наступление советских войск . Они бросили в бой резервы и всю авиацию.
    7 апреля наши части вообще почти не продвинулись. Но и немцы не смогли отбить железную дорогу. Об ожесточённости боёв в полосе наступления войск 39-й армии говорит количество контратак немцев. За один только этот день 7 апреля из 35 вражеских контратак против всех войск 3-го Белорусского фронта 18 пришлось на 39-ю армию.
    Именно за бои 6-7 апреля Виктор получает свой второй орден, Отечественной войны 2 степени.
    9 апреля Москва салютовала доблестным советским войскам, взявшим штурмом город и крепость Кёнигсберг. И сразу же, без всякой оперативной паузы, войска 3-го Белорусского фронта совместно с Балтийским флотом начали Земландскую операцию - операцию по уничтожению немецко-фашистских войск на Земландском полуострове.
    Учитывая высокую плотность немецких войск, подготовленные оборонительные позиции и предвидя упорное сопротивление немцев, командующий войсками фронта маршал Советского Союза А.М. Василевский решил привлечь пять общевойсковых армий, из них четыре (2-ю гвардейскую, 5-ю, 39-ю и 43-ю) - в первом эшелоне, а одну (11-ю гвардейскую) - во втором.
    Наступление началось 13 апреля. На левом фланге действовали 39-я (командующий генерал-лейтенант И.И. Людников) и 43-я (командующий генерал-лейтенант А.П. Белобородов) армии. Обе армии были трёхкорпусного состава, в каждом из корпусов было по три стрелковых дивизии.
    В эти дни погиб любимый командир Виктора – командующий 67-ой дивизией Герой Советского Союза Габибулла Гусейнов, о котором тепло написал  в своих воспоминаниях маршал И.Х. Баграмян:«39-й армии генерала Людникова весь день 16 апреля пришлось вести ожесточенный бой в населенном пункте Гайдау. Командарм выдвинул на прямую наводку даже часть орудий приданной ему 67-й зенитной артиллерийской дивизии
».
    Воинов этого соединения и комдива полковника Габибуллу Эйнуллаевича Гусейнова я хорошо узнал в ходе боев в Литве и Латвии, особенно в августе 1944 года, когда войска генералов Крейзера и Чанчибадзе изнемогали под натиском сотен фашистских танков и мне минутами казалось, что оборона вот-вот может рухнуть. Тогда мы вынуждены были ввести в бой зенитчиков против танков. И они показали себя не только подлинными снайперами артиллерийского огня, но на редкость  мужественными бойцами.
    На этот раз Г. Э. Гусейнов выдвинул свои пушки прямо в боевые порядки пехоты и с блестящей точностью уничтожал вражеские огневые точки. 
    Но на следующий день до нас дошла скорбная весть о героической гибели этого славного командира.
    Похороны  Г. Э. Гусейнова были по-фронтовому простыми и суровыми. Проститься с ним пришли многие ветераны дивизии. Официальных речей не было.
    Только два старых друга погибшего сказали несколько трогательных прощальных слов, от которых у многих повлажнели глаза, да совсем еще юный лейтенант опустился на колено перед гробом, поцеловал своего командира и, комкая в волнении фуражку, глухо, сквозь слезы произнес: "Прощай, отец!" Прозвучали три залпа салюта. Бросив прощальный взгляд на свежий холмик земли, все заторопились в свои части. И снова бой. И кому-то тоже было не суждено дожить  до Победы...
   Вскоре, к концу апреля, Земландская операция завершилась полным уничтожением фашистских войск. В ходе нее противник потерял солдатами и офицерами более 80 тысяч человек, огромное количество техники, последнюю морскую базу Пиллау. Войска 3-го Белорусского фронта, куда теперь входила 67-ая зенитно-артиллерийская дивизия, после беспрерывных боев были выведены в резерв. Для них война уже была закончена. Лишь на косе Фришес-Нерунг фашисты продолжали сопротивляться до 9 мая 1945 года. Может быть, именно там Виктору трое суток пришлось стоять в ледяной воде.
    Виктор встретит Победу, испытает это великое чувство победы, боли по погибшим товарищам, радости при мысли о встрече с семьей, о том, что теперь впереди у них у всех – только счастье. Он останется служить в армии, в  Кенигсбергском военном округе.
    В октябре 1945 года его часть переведут в Минский военный округ. По дороге Виктор заболеет, в Минском окружном госпитале пролежит до 11 февраля 1946 года со страшным диагнозом – «саркома». 11 февраля 1946 года будет демобилизован из армии по  болезни. За ним в госпиталь приедет старшая сестра Раиса. Врач по образованию, она привезет его в московскую клинику, но диагноз будет подтвержден. Он вернется домой, и через три месяца страшных болей умрет на руках своей любимой матери Хадзигуа. Ему будет 21 год.
    Ave, Victor! Мы помним тебя…

Георгий и Виктор Дзотцоевы на параде Бессмертного полка в Москве

   р